17 апреля 1920 года атаман Семёнов дал большое интервью газете "Казачье эхо".
Во внешнеполитической ситуации Семёнов подробно объяснял причины взаимодействия с японцами: "Акт выступления японской армии ни для кого не должен казаться неожиданным…: в тот самый момент, когда японское командование пришло к соглашению с так называемым Владивостокским правительством почти по всем пунктам, красноармейцы напали на японские войска и склады и обстреляли их. В результате японцы разоружили красный гарнизон Владивостока и приняли аналогичные меры также в Никольске и Хабаровске. Этот инцидент, весьма показательный для большевиков, и послужит ближайшим поводом для активного выступления японцев.
Кроме того, не следует забывать и того, что интересы Японии в Корее и Маньчжурии повелительно требуют от нас заблаговременно создать далеко вынесённый вперёд прочный заслон против возможного проникновения на восток Азии большевистской заразы"
Тезис Семёнова: "Японии нужна Великая Россия в такой же мере, как России нужна сильная и Япония", спустя полтора десятка лет после Русско-японской войны воспринимался как крайне противоречивый. В период Гражданской войны на тех территориях, где к власти приходили белые, японцы получали преференции по сравнении с русскими, в том числе на ведение экономической деятельности и освоение недр. Российские территории виделись Японией как колонии, так позже произошло с оккупированными японцами территориями Китая.
Внутриполитическое строительство Семёнов акцентировал на четырех тезисах:
— построить аппарат управления таким образом, чтобы он "в любое время мог выйти за рамки чисто местного значения;
— созвать Народное краевое совещание — представительный орган всех подконтрольных территорий с законодательными функциями;
— поддержать органы национального самоуправления;
— опора на земское и городское самоуправление, кооперативы и профессиональные союзы, и отказ от дальнейшего развития института политических партий.
О последних Семёнов высказался так: "…я никогда не встану на путь партийной политики и не буду искать опоры в той или иной политической группе. Попытки втиснуть в рамки отдельной политической партии все многообразие русской жизни слишком дорого обошлись России, чтобы продолжать в этом направлении дальнейшие опыты".
Задачи по обеспечению населения продовольствием и формированию финансовой системы Семёнов считал первоочередными для власти: "И хорошая политика, и лучшая стратегия гражданской войны кроется именно в удовлетворительном разрешении этих жизненных потребностей", но своих решений, спустя два года после захвата власти в Чите и государственного строительства, он не предлагал, считая, что этим займётся Народное краевое совещание и надеясь на активную поддержку "торгово-промышленного класса", который "за деревьями сегодняшних выгод не видит леса — самих основ своего существования". Надежду на понимание от интеллигенции, казаков и крестьян высказывал в интервью правитель Российской Восточной окраины (с января 1920 года).
На вопрос о ходе боевых действий Главнокомандующий вооруженными силами Дальнего Востока и Иркутского военного округа генерал-лейтенант атаман Семёнов "по причинам вполне естественным и понятным" рассказывать не стал, заметив: "…сейчас военное положение прочнее, чем когда-либо. Прибывшие сюда части Западной армии под командой генерала Войцеховского значительно усилили боевые силы Забайкалья. Активность наших частей и поддержка, оказанная нам Японской армией, видимо, совершенно не входила в расчёты красных, и теперь у них неизбежный упадок духа, что в свою очередь, приблизит нас к гражданскому миру, тем более, что население устало и тоскует по нормальной жизни"
Вот только обещания отказа от преследования и наказания сложившим добровольно оружие и отпуска, призванных в возрасте от 35 до 43 лет на полевые работы, уже не могли остановить краха забайкальской белой государственности.
Чита стояла на пороге нового этапа. Через несколько месяцев она будет провозглашена столицей Дальневосточной республики, а атаман Семёнов сбежит в Китай.
Григорий Михайлович не мог не чувствовать, что теряет контроль. Не случайно его суждения апреля 1920 года звучали так, словно он говорит в апреле 1918. Не говорит о том, что сделано за 2 года правления, лишь штрихи к будущему и осторожная уверенность в возможности вооруженным путём отстоять власть.
Завершалось интервью пассажем, несколько резонирующим с уже высказанными атаманом тезисами, как финальная попытка вселить надежду на альтернативное красному пути развитию страны: "Великая Россия будет, и это будет России крестьянская с Крестьянским правительством во главе… Крестьянское правительство — это русло, в котором рано или поздно сольётся все многообразие русской государственной мысли. В тоже русло направляю и я свою деятельность здесь, на Дальнем Востоке"
Попытка опереться на крестьянство после д2 лет правления не могла быть просто идей.
Также в этот день:
17 апреля 1919 года Военная школа имени атамана Семёнова преобразована и получила статус Читинского военного (юнкерского) училища. Лихачёв остался руководителем и к лету получил звание генерал-майора. Выпускать стали подпоручиков. Увеличился срок обучения. В мае набрали 200 юнкеров. В ходе обучения они были отправлены на фронт и участвовали в одном из самых крупных в Забайкалье сражении Гражданской войны под Богдатью. Встречали их как героев. Выпуск состоялся в сентябре.
Новый набор сделали в январе 1920 года. С весны юнкера уже сражались на фронте, но им пришлось отступить в Читу. С приближением Народно-революционной армии Дальневосточной республики Семенов поручил курсантам училища охрану золотого запаса при перемещении в Даурию.
Последний выпуск воинских чинов не успел получить.
1 октября 1920 года училище расформировано.
